…Ах, наконец. Достигли мы ворот Мадрита! | Журнал Дагестан

…Ах, наконец. Достигли мы ворот Мадрита!

Дата публикации: 11.03.2024

Ахмедхан Кишов

«Порт-Петровские Ассамблеи — 2024» Культура

В столице Дагестана стартовал XVII Международный музыкальный фестиваль «Порт-Петровские...

19 часов назад

Весенние звёзды. Глава из повести Литература

Музафер ДзасоховНародный поэт Осетии, прозаик, переводчик, публицист, лауреат Государственной премии им. К....

19 часов назад

Летопись героических дней История

Республика готовится встретить очередную годовщину победы в Великой Отечественной войне. В преддверии...

5 дней назад

«Я та, что к солнцу поднялась!» Изобразительное искусство

Юбилейная ретроспективная выставка, посвященная 120-летию со дня рождения известной русской, иранской и...

5 дней назад

Весна, весна, пора любви,
Как тяжко мне твое явленье,
Какое томное волненье
В моей душе, в моей крови…

Лучшего времени года для премьеры спектакля, где кровь и любовь неразделимы, наверное, не найти. 10 марта Русским драматическим театром имени Максима Горького зрителю была представлена поэтическая драма по произведениям Александра Сергеевича Пушкина «Каменный гость, или Любовь одна» в постановке Пати Махачевой.

Любовь здесь — главное действующее лицо. Проходят века, меняются мода, вкусы, правители, но чувства людей, их слабости, страсти, поступки, грехи и добродетели неизменны.

Дон Жуан (или Дон Гуан, как называет его Пушкин) — это архетипический герой многих произведений. Согласно испанским преданиям, в средние века жил такой вельможа, который совращал женщин, пользуясь своим высоким положением. Никто не мог найти на него управу, пока он не совершил из ряда вон выходящее злодеяние — убил командора и похитил его дочь.

Рыцари-калатравцы решили наказать мерзавца, раз уж власть бездействует. Они назначили Дон Жуану свидание от имени красивой дамы ночью в церкви и пронзили его шпагой прямо перед памятником убитого им командора. А затем по городу разнесся слух о том, что сама статуя совершила акт правосудия.

Сюжет пьесы «Каменный гость» был подсказан именно этой легендой. Каждая эпоха, страна, общество находило в образе этого ловеласа что-то своё. Он и философ, и неврастеник, он скептик, озорник, бунтарь! Александр Пушкин философски переосмыслил своего Дон Гуана, лишив, однако, надежды: встретив настоящую любовь, он гибнет за неё.

Первое впечатление от любой постановки оставляют, конечно, декорации: они «рисуют» тот эмоциональный фон, через который ты и воспринимаешь игру актеров. Сценограф и художник спектакля Магомед Моллакаев создал на сцене невероятно мрачную картину, пугающую своей точностью, простотой и реалистичностью.

«Танец со шпагами», предваряющий основное действо, словно точным ударом острого клинка закрепил это впечатление. Дон Гуан в исполнении Артура Джахбарова, вместе с верным Лепорелло (Владимир Мещерин) подошедший к мрачным стенам Мадрита (так у Пушкина звучит название этого испанского города), совсем не герой-любовник, он неосознанно ищет искренней любви. Накал страстей, коими полна душа Дон Гуана, виден и без слов – всё в характерном облике актёра говорит о нём.

В пушкинском «Каменном госте» три женских образа: Лаура, Инеза и Дона Анна. Настоящее, прошлое и будущее Дон Гуана.

Имя «Лаура» происходит от слова «лавр». Лавровые венки носил бог поэзии Аполлон, лавром же увенчивались поэты. Лаура Дианы Джахбаровой – сама любовь, поэзия страсти, яркий огонь, от которого не оторвать взор во тьме мадритской ночи.

Инеза — прошлая любовь Дон Гуана, монашка с чёрными глазами. Это имя имеет два практически противоречащих друг другу значения: с одной стороны, она «невинная девственница», с другой — «буйная, как бурный поток». Соединяются такие несовместимые качества в Марьям Магомедовой, актриса искусно сплела их в сценический образ.

Третий женский образ трагедии – Дона Анна, «благодать». И тут нет недостоверности в образе: Беневша Девлетханова сама благодать, свет словно идёт от неё. Но попытка перерождения героя, увы, не удаётся.

В роли Дона Карлоса, полного благородного гнева, на сцену вышел Антон Артёмов — истинный испанский гранд. Не уступает ему и Магомед Алиев, исполнитель роли Альбера.

Что за бал без шута! Введение в постановку шута – очень хорошая идея, позволившая раскрасить эмоциями мрачное действо. Но шут – это всегда не просто комендиант, потешающий публику – не правда ли? Начиная с имени… Шута зовут Франц Миннезингер. Так называли средневековых рыцарей-поэтов, и ведёт он себя соответственно.

Рыцарствует и шутит Данил Ганюшкин – кто же, как не он! Благодаря его игре комедийная сцена ужина у Лауры не выглядит инородной в постановке пушкинской пьесы. Нет, это не просто весёлая сценка для удержания интереса зрителя. Антагонистом шута выступает Ротенфельд (Аслан Загирбеков). Ну, и какая же вечеринка без песен красавицы Лауры!

Даже эпизодические роли в этой постановке полны выразительности и смысла — гости Лауры и танцоры слились в парадоксальном единстве. Символична в этом смысле и сцена, в которой грешник (Алибек Гаджиев) вступает в диалог с монахом (Руслан Мусаев).

Пати Махачева, введя в постановку дополнительных персонажей, добавила тем самым новые краски в сцену ужина у Лауры. Получилось ярко, зрелищно, довольно масштабно. Действие динамично, без затянутости, хотя в самом начале постановки казалось, что заскучал и сам Дон Гуан, выслушивая обсуждение отцом Дон Гуана (Рафик Альшанов) и Лепорелло неудачных алхимических опытов.

Во время финальной сцены вдруг с удивлением обнаруживаешь: всех жалко! И не очень понятно, кому сочувствовать больше. Все герои в этом спектакле — от Дон Гуана до грешника — трогают настолько, что не сразу понимаешь, какие именно ощущения остались сегодня после просмотра. Вроде, только что хохотал во время развесёлого ужина у Лауры, а теперь – кромешная темнота и ком в горле.

Музыка и танец пронизывают весь спектакль: действо начинается и заканчивается хореографическими номерами в постановке балетмейстера Антона Николаева под музыку Дмитрия Бедунова. Стоит отметить и костюмы. Положиться, что они достоверны с исторической точки зрения, не возьмёмся, но настрой у зрителя создавали определённо.

Поздравляем Пати Махачеву и коллектив театра с определённой удачей. Режиссёру удалось, не меняя философский посыл Александра Сергеевича, подарить зрителю хорошее настроение.

Итак, Пушкин на махачкалинской сцене – хорошее начало празднования 225-летия гения слова, главного национального поэта России, и 100-летия Русского театра. Начало, надо признать, вполне достойное.

Фото автора