От Казбека до Каспия | Журнал Дагестан

От Казбека до Каспия

Дата публикации: 23.09.2023

Владимир Игошин, Саратов

Балтийский дом на берегах Каспия Культура

В последний месяц осени прекрасный подарок дагестанским любителям театра сделал Лакский...

8 часов назад

Алибег из Хунзаха Новости

Алибег Казанбиев из Хунзаха — как путеводная звезда для многих историков, ставших авторами научных работ....

8 часов назад

Про Сережу из школы № 5 Новости

— Легко ли поймать в объектив фотоаппарата гордо парящего в небе орла, запечатлев внимательный взгляд...

1 день назад

Вместе со всей страной Даты

Журнал «Дагестан» продолжает вести хронику больших и малых событий, демонстрирующих особое отношение...

3 дня назад

Профессор, доктор педагогических наук, кандидат физико-математических наук, кандидат в мастера спорта и чемпион СССР по спортивному туризму, заслуженный путешественник России, действительный член Русского Географического общества

Рассказ о путешествии, совершённом 42 года тому назад и оставившем незабываемые впечатления

Восточный Кавказ — это приблизительно третья часть территории Большого Кавказа, раскинувшаяся на восток от Военно-Грузинской дороги вплоть до побережья Каспийского моря. На этой территории находятся полностью или частично Северная Осетия, Грузия, Чеченская Республика, Ингушетия (в те годы — Чечено-Ингушетия) и Дагестан.

Группа туристов из Саратова с 7 июля по 2 августа 1981 года совершила в этом районе пешеходный туристский поход 4-й категории сложности. Район привлекателен природными ландшафтами, историческими памятниками, интересен он и в спортивном отношении. Туристы в этом районе в те годы бывали редко, и наш поход во многом носил исследовательский и первопроходческий характер. Пройденный маршрут был по достоинству оценён Главной судейской коллегией Первого чемпионата СССР по спортивному туризму 1981 года: в классе пешеходных путешествий 4-й категории сложности

наш поход был удостоен 2-го места, и все его участники — В.И. Игошин (руководитель), В.П. Бирюков, Л.С. Кащавцева, В.Ю. Никитин, Е.К. Поросятников и Ю.А. Рейхельсон — были награждены дипломами и серебряными медалями Центрального совета по туризму и экскурсиям.

Подробная нитка пройденного маршрута: пос. Казбеги — р. Сносцкали — р. Джутисцкали (Джута) — пер. Чиухи Сев. (1Б, 3100 м) — плато Абуделаури — р. Рошка — р. Бло — пер. Бакавачосгеле (1А, 2969 м) — р. Архотисцкали — р. Асса — р. Таниэсцкали (Ковгра) — пер. Исартгеле (1Б, 3461 м) — р. Рубисцкали — р. Чентыаргун — сел. Шатили — пер. Чанчахи (1А, 2759 м) — р. Чанчахисцкали — пер. Чакисгеле — траверс Главного Водораздельного хребта (ГВХ) — пер. Ботанисгеле — р. Андаки — пер. Амуго (2А, 3510 м) — р. Ларовнисцкали — р. Пирикитская Алазани — р. Парсмисцкали — пер. Качу (1А, 3703 м) — р. Шароаргун — р. Хуландойахк — пер. Саратовской ОМКК (1Б, 3200 м) — р. Шароаргун — р. Гакко — р. Андийское Койсу — пос. Агвали — пос. Ботлих.

Протяженность маршрута — 290 км, продолжительность — 22 дня.

* * *

Нежаркое солнце всплывало над спокойным морем. Неторопливая волна набегала на ноги, а лёгкий ветер с моря приятно обтекал тело. Трудно было привыкнуть к мысли, что тяжеленный рюкзак не давит на плечи и не нужно забираться на крутой склон в несколько сот метров высотой. И было немного грустно оттого, что горы позади, что поход окончился, и теперь только и осталось смотреть на море и вспоминать о походе.

О большом путешествии по Восточному Кавказу мы мечтали давно. Наш интерес в значительной мере подогревала книга Г.И. Анохина «Восточный Кавказ».

На территории Восточного Кавказа располагаются часть Грузии, Чечено-Ингушетия, Дагестан и Азербайджан. В своём путешествии нам хотелось, если можно так выразиться, «объять необъятное». Мы хотели охватить своим маршрутом все эти четыре республики, познакомиться с наиболее интересными в познавательном и эстетическом плане местами Восточного Кавказа. Мечтали увидеть Дарьяльское ущелье и снежную пирамиду Казбека, острые пики вершины Чиухи и «одно из красивейших мест на Восточном Кавказе — озёрное плато Абуделаури», «холодные голубые озёра» которого «обладают особой освежающей силой», как сказано в книге Г.И. Анохина, «понять таинственную красоту Ассы, где за последние три десятилетия лишь изредка бывали туристы или учёные», побывать на «малопосещаемом перевале Исартгеле», побродить по всё ещё реставрируемой хевсурской крепости Шатили, прошагать по гребню Главного Кавказского хребта, увидеть снежное ожерелье вершин Пирикитского хребта, среди которых — прекраснейшая Комито, первовосхождение на которую совершил еще в 1892 году Готфрид Мерцбахер, побывать в Тушетии, Дагестане, напиться минеральной воды из источника на берегу реки Андийское Койсу…

Но стоп! Как сказал Козьма Прутков, объять необъятное нельзя! Поэтому от путешествия по Азербайджану пришлось отказаться. Тем не менее твердо решили: закончим путешествие на берегу Каспийского моря, до которого будем добираться транспортом из конечного пункта нашего пешеходного маршрута. Мы назвали наше путешествие — «ОТ КАЗБЕКА ДО КАСПИЯ». Итак, в путь!

По Военно-Грузинской дороге

Военно-Грузинская дорога, начавшись в Орджоникидзе, набежала на нас пригородными дачами и пионерскими лагерями, зелёным Пастбищным хребтом, посёлком Балта, Балтийским ущельем, прорезавшим Скалистый хребет, селениями Чми, Нижний и Верхний Ларс, «Ермоловским камнем» (огромный гранитный валун объёмом 6000 м3 и весом 15 000 т, лежащий у дороги). Дорога эта, а точнее, проход сквозь горы по этому пути известен ещё до нашей эры. В 1814 году дорога была сделана пригодной для движения колёсного транспорта.

За окном промелькнуло небольшое Дарьяльское укрепление, против которого на противоположном берегу Терека возвышается утёс, на его плоской вершине видны остатки легендарного замка Тамары, воинственной владычицы когда-то пустынного ущелья, куда боялись попасть путники. Мы въехали в Дарьяльское ущелье. Здесь когда-то проезжал А.С. Пушкин, слушая «рёв Терека» и наблюдая его «безобразные водопады», «утёсы и пропасти». Военно-Грузинскую дорогу не проехал, а, как он выразился, «пережил» А.П. Чехов, сказав, что это — «сплошная поэзия, не дорога, а чудный фантастический рассказ, написанный Демоном, влюблённым в Тамару…». По дороге проезжал М.Ю. Лермонтов, строки которого вспоминаются, когда сейчас, полтора века спустя, преодолеваешь Дарьяльское ущелье в комфортабельном автобусе:

И глубоко внизу, чернея.

Как трещина, жилище змея,

Вился излучистый Дарьял,

И Терек, прыгая, как львица

С косматой гривой на хребте,

Ревел…

Иван Константинович Айвазовский – Дарьяльское ущелье 1862 г.

Теперь грозное Дарьяльское ущелье — не преграда для движения: в нём прорублены в скалах три огромных туннеля.

Одна из высочайших вершин Кавказа — гора Казбек, у подножия которой находится селение Казбеги, — к нашему приезду укрылась туманом и перед нашими взорами не предстала. Но купольный храм «Цминда Самеба» (что означает «Святая троица»), в прошлом главная святыня Хеви, построенный в XIV веке на отроге Казбека на высоте 2150 метров, был виден хорошо. Пушкин смотрел на этот храм в 1829 году во время своего путешествия в Арзрум:

Твой монастырь за облаками,

Как в небе реющий ковчег.

Парит, чуть видный над горами.

Сейчас к этому монастырю от селения Казбеги протянута канатная дорога, и туристы, отдыхающие на здешней турбазе, могут в считанные минуты воспарить над горами, рядом с монастырём.

Селение Казбеги является родиной выдающегося грузинского писателя Александра Казбеги (1848−1893). В ограде бывшего дома писателя (ныне здания краеведческого музея имени А. Казбеги) находится его могила. Здесь же фамильная церковь и колокольня предков А. Казбеги, построенные в царствование Александра I. На центральной площади посёлка стоит памятник А. Казбеги работы скульптора А. Очиаури, а также черный гранитный обелиск в память односельчан, погибших в Великую Отечественную войну.

От Казбека до Шатили

Немного проехали от посёлка Казбеги и попали в долину реки Сносцкали, крупного правого притока Терека. Здесь взвалили на плечи свои рюкзаки и двинулись вверх по долине.

Первые походные дни… Ещё рюкзак неимоверно тяжёл, а ноги не отвыкли от асфальтовых мостовых, ещё руки недостаточно тверды, а кожа обгорает под лучами горного солнца. Но с каждым днём походная жизнь становится всё привычнее и всё больше радости и удовольствия доставляет.

От селения Джута вверх по притоку открылся вид на высокую зубчато-скальную корону массива горы Чиухи. Мы обогнули этот массив с севера и через перевал Чиухи Северный вышли на озёрное плато Абуделаури; сверху, с перевала, оно смотрелось как хаотичное нагромождение белых каменных валунов, среди которых затерялись три маленьких озерка. К сожалению, мы не имели возможности в полной мере насладиться красотой этого плато: испортившаяся погода укрыла туманом и дождём не только вершину Чиухи, замыкающую плато, но и ближайшие валуны, а напряжённый график маршрута не оставлял нам времени ожидать милостей от природы. Оставалось наслаждаться густыми зарослями цветущих бело-розовых роскошных рододендронов, которые туман не смог скрыть от нас.

Мы спустились в долину реки Рошка, а на следующий день при неулучшающейся погоде, в тумане и дожде, проверив три гипотезы о строении окружающего нас горного узла, смогли найти путь через перевал на реку Бло и затем через перевал Багавачосгеле в верховье реки Архотисцкали, один из истоков реки Ассы. Мы знали, что в долине Ассы нас ждёт каньон. Но вначале ничто не предвещало его появления. Огромный зелёный цирк с живописными снежниками, по которому метались обрывки облаков и тумана, в верховьях реки, затем широкая долина с хорошей травой, сочными зелёными лугами, древней башней, — первой на нашем пути, парящей над аулом Ахчели, с сосновым лесом, показавшимся внизу.

Долина Ассы решительно сомкнулась сразу ниже устья её правого притока, называемого Калотанисцкали. Мост на правый берег Ассы упёрся в огромную скалу, преградившую дальнейший путь вниз, по правому берегу Ассы. Можно было идти лишь вверх по правому берегу притока или вниз по левому берегу Ассы. Выбираем последний. Склоны долины настолько сблизились, а крутизна их так возросла, что водный поток, зажатый ими, занял собой почти всё дно ущелья, оставив по берегам узкие и короткие клочки суши. Но какая буйная растительность обитала на этих клочках! Даже лопухи достигали человеческого роста. Три раза переходили мы с одного берега на другой по шатким мосткам, каждый из которых представлял собой пару мокрых и скользких брёвнышек, качающихся над ревущим потоком Ассы… Ночь, проведённая в этом ущелье на прямо-таки райской полянке среди березово-соснового леса при полной и ослепительно светящейся луне, серебрящемся и грохочущем потоке Ассы, была фантастической.

Долина реки Таниэсцкали (Ковгры), правого притока Ассы, куда мы свернули, чтобы выйти на перевал Исартгеле, не убавила трудностей. Лесные завалы, скальные прижимы, которые обходили, забираясь по крутым склонам высоко вверх, два тонких и мокрых бревна, раскачивающихся от заплескивающего их водного потока. Рюкзаки переправили на верёвке, привязанной к крюку, вбитому в расщелину скалы, которая будто специально была поставлена отвесно над водой. Без рюкзака на этом мостике чувствуешь себя спокойнее. Левая нога на одном бревне, правая — на другом, за спиной верёвка, которой страхуют тебя товарищи.

Долгий и непрерывный подъём по каменистому руслу круто падающего левого притока Ковгры вывел нас на малопосещаемый перевал Исартгеле. Пройдя каньоны рек Ассы и Ковгры, мы поняли, почему этот перевал посещается редко. Спуск вниз привёл к долине реки Чентыаргун, недалеко от селения Шатили.

Сверху увидели несколько домов, сбегавших по склону: обычный аул. Быть надёжным щитом Хевсуретии, Грузии с севера — с этой целью возводилось селение-крепость Шатили, начиная с «золотого века» Грузии — XII−XIII веков, с времён царствования царицы Тамары. И когда прошли мы по правому берегу Чентыаргуна до селения, когда спустились по долине реки несколько ниже, то увидели, как вырастают на противоположном берегу многочисленные каменные башни, как громоздятся они одна над другой на крутой горе, как ощетиниваются грозной крепостью, перегораживающей путь через узкое ущелье. Крепость Шатили — немой свидетель истории Грузин. В 1813 году русские войска под командованием генерала Симановича, выполняя приказ правителя Кавказа Ртищева, прошли через Ардотское ущелье, в большом сражении у селения Гуро наголову разбили хевсуров, а затем с помощью артиллерии сломили сопротивление защитников Шатили. Царизм стремился окончательно присоединить Кавказ к России, оттеснив с него мусульманскую Персию. В 1843 году шатильцы отбили нападение войска лезгин-мусульман под командованием Ахверда Махамеда, требовавших от хевсуров покорности.

Около часа бродили мы по пустынным лабиринтам крепости, по нескончаемым переходам, лазам, выступам, балкончикам, стараясь воскресить в своём воображении бурные сцены далёких времен.

Сейчас древняя крепость, представляющая собой единственное в настоящее время селение башенного типа, реставрируется, но, судя по всему, эти работы идут пока не очень быстро. Рядом с крепостью, в которой сейчас не живёт никто, имеется несколько более современных жилых домов и разноцветных вагончиков, между которыми расставлены столбы с висящими на них проводами. Всё это нарушает непередаваемую гармонию древней крепости и древних гор.

В Шатили закончился первый этап нашего путешествия.

Траверс Главного Кавказского хребта и перевал Амуго

От селения Шатили через перевал Датвисджварисгеле в Главном Кавказском хребте идёт автомобильная дорога, которая сливается с Военно-Грузинской дорогой в 50 километрах от Тбилиси. Мы прошли по этой дороге почти до этого перевала, затем преодолели травянистый перевал Чанчахи в отроге Главного хребта. Только успеваем поставить наши палатки на травянистом берегу реки примерно в двух метрах над водой, как обрушивается крупный ливень. Вода в реке сразу мутнеет и сильно поднимается. Ливень ненадолго стихает, а ночью разражается страшная гроза с проливным дождём. Молнии на наших глазах вонзаются в окрестные хребты, а наэлектризованный воздух трещит от их ударов. Могучий водный поток грязно-коричневого цвета заполнил всё возможное галечное русло реки. Он ревёт под нашей палаткой, грозя подмыть травянистый «пятачок» у склона, на котором мы в большом волнении провели ночь.

К утру гроза стихла, и немного прояснилось. Наш дальнейший путь — 17-километровый траверс Главного Кавказского хребта. Это означает, что мы должны подняться на гребень этого хребта и пройти по нему 17 километров. Не каждый гребень горного хребта подобен лезвию бритвы. Конечно, и такие хребты бывают. Но многие гребни достаточно широки, на них бывают тропы, обширные ровные площадки и даже озёра с прозрачной и холодной водой. Именно таков гребень Главного Кавказского хребта на участке от перевала Чакисгеле до перевала Ботанисгеле, который нам предстояло преодолеть. Особых технических трудностей этот траверс не содержит, так что мы ожидали от него лишь больших эмоциональных и эстетических впечатлений.

И траверс оправдал наши ожидания. Хотя погода и не была идеальной в тот день для созерцания далёких горных перспектив, всё же она не была и безнадежно отвратительной. По гребню шла хорошая тропа, которая склонялась то на южную сторону гребня, то на северную, так что перед нами последовательно разверзались освещаемые солнцем в разрывах облаков то южные ущелья, то ущелья, убегающие на север. Непередаваемо это чувство движения над горами. На перевале Ботанисгеле нас ожидало симпатичное озерко Копалистба, в которое сверху сбегает чистый родник. На севере, на хребте Ацунта, величественно возвышаются вершины Амуго, Пирчита, отражающиеся в озерке, а ещё дальше в разрывах облаков можно рассмотреть Махкосмту, Ацунтисмту и самую высокую вершину Восточного Кавказа — Тебулосмту (4493 м). С перевала Ботанисгеле мы спустились в верховье левого истока реки Андаки и заночевали на поляне среди берёзовой рощицы.

Перевал Амуго являлся одним из сложнейших участков маршрута. Мы думали, что Восточный Кавказ уже достаточно преподнёс нам загадок, коварных сюрпризов и плохой погоды и пора бы уже переменить ему своё отношение к нам, но увы… В огромном каменистом цирке под перевалом Амуго мы разровняли среди камней две площадки, поставили две перкалевые палатки входами друг к другу на расстоянии в один метр и накрыли их полиэтиленовыми тентами, так что между палатками образовалось уютное помещение, именуемое кухней, где, как обычно, ровно гудели два примуса «Шмель», обещая приятный ужин. Тем временем отдельные сильные порывы ветра начали слетать с гребня. Приготовить ужин и поесть мы все же успели, но после этого сильные порывы ветра заметно участились и вскоре слились в непрерывный могучий напор. Пришлось выбраться из палаток и на каждую палаточную растяжку навалить килограммов по двести камней, благо их здесь достаточно. Ураган неистовствовал до рассвета, после чего наступила оглушительная тишина. К нашему удивлению, все стойки и растяжки наших палаток-памирок выдержали дикий ураган.

Утром установилась идеальная погода для прохождения перевала: полная тишина и синее, без единого облачка небо. Перевал Амуго преподнёс нам все те трудности, которые мы и ожидали от него. Из-за отсутствия достаточной информации перевал непросто было обнаружить. Пришлось устраивать разведку. Перевал оказался в непосредственной близости от вершины Амуго, на юг от неё. При подъёме пришлось преодолеть крутой скально-осыпной склон огромной длины. На перевале складываем тур больших размеров и оставляем в нём записку. С перевала открывается грандиозный вид в западном направлении. В полный рост при ярком солнце красуется снежная пирамида Казбека. Хорошо видны скальная вершина Чиухи, заснеженные вершины Шан, Кидеганисмагали, Махисмагали. Спуск с перевала в верховья реки Ларовнисцкали проходит по южному леднику вершины Амуго. Приходится использовать для страховки верёвку, рубить ступени в фирне и льду.

Через Пирикитский и Снеговой хребты

Третий этап маршрута отличался огромными перепадами высот, которые приходилось преодолевать на коротких участках, и труднейшими бродами горных рек Ларовнисцкали, Пирикитской Алазани, Шароаргуна, Данейламхи, Хуландойахка.

Долина реки Ларовнисцкали оставила впечатление простоты и строгости, никаких излишеств. Не то что долины Ассы (ниже устья Калотанисцкали) и Ковгры: отвесные вычурные скалы, буйные экзотические травы, дремучие леса, бурные реки. В долине Ларовнисцкали гладкие и спокойные горы, короткая трава и степенная река. Перед впадением этой реки в Пирикитскую Алазани перешли её вброд. Это был самый трудный брод за время похода. Мы вошли в реку все вместе, встав стенкой вдоль течения, и с большими усилиями, поддерживая и подпирая друг друга, преодолели мощный напор воды.

Пирикитский хребет является одним из могучих хребтов Восточного Кавказа. С северной его стороны непрерывной цепью лежит серия крупных ледников, увенчанных красивейшими вершинами Комитодатахкорт, Доносмта, Диклосмта. Северные ущелья хребта поросли дремучими лесами, среди которых текут правые притоки могучей и прямой чечено-ингушской реки Шароаргун, протекающей вдоль хребта с северной стороны. С южной же его стороны — река Пирикитская Алазани, по берегам которой располагается Тушетия — историко-этнографическая область Грузии.

От берега Пирикитской Алазани, на котором стоит величественный башенный комплекс Воссо, набрав по высоте 2000 метров, мы преодолели перевал Качу в Пирикитском хребте и оказались в долине реки Шароаргун. «Качу»

по-чеченски означает «скотоперегонный проход». Этим перевалом, невзирая на его большую высоту (3703 м) и ледник с севера, с давних времен пользовались вайнахи, далёкие предки современных чеченцев и ингушей, как самым удобным скотоперегонным маршрутом через Пирикитский хребет из бассейна Шароаргуна в Тушетскую котловину. Шароаргун встретил нас мрачно. Над долиной собрались густые чёрные тучи. Вдали сверкают молнии и гремит гром.

Чечено-Тушетские горы изобилуют выдающимися памятниками средневековья — каменными башнями. Вот что говорит Аркадий Гольдштейн в книге «Башни в горах»: «Башни — обычная деталь пейзажа в Кавказских горах. Они здесь повсюду. Но поистине страна башен — это центральный район горной системы Большого Кавказа, в особенности к северу от Главного хребта на участке между Осетией и Дагестаном». Именно в этот район мы и пришли. Первая встретившаяся нам здесь башня, в устье правого притока Чесой-Ламурахи, была полуразрушена. Но вторая, перед устьем следующего правого притока, называемого Данейламхи, была великолепна. Тонкая, высокая, подпирающая синее небо, на крутом и высоком склоне, недоступная. Настоящая башня, готовая к бою. Мы оставили свои рюкзаки и устремились к ней.

Каменные башни заставляют восхищаться искусством и мастерством тех, кто их создал. Поистине труд, сравнимый с трудом создателей египетских пирамид. Предполагается, что башни начали возводиться с XIII−XIV веков, то есть со времен татарского нашествия. Предания говорят, что их строителями были чеченцы и ингуши. Не случайно сами чеченцы называют ингушей «галгай», что означает «жители башен». Строились башни в основном из неотесанного камня. Камни скреплялись известью или глиной. По своему назначению башни были двух типов: жилые и боевые.

Жилые башни имеют в основании квадрат или прямоугольник со средними размерами 7×10 метров, высота — от 5−6 до 10−12 метров. Башня делится бревенчатыми перекрытиями на несколько этажей, обычно на три, иногда на четыре. Нижний этаж предназначался для скота; в него ход ведёт с уровня земли и запирается толстой деревянной дверью. Второй и третий этажи занимали хозяева. В них входили с помощью приставной лестницы к лазу второго или третьего этажа. Внутри сообщение между этажами происходило также с помощью приставных лестниц. Последний, четвертый, этаж предназначался для гостей (так называемая кунацкая). Очаг помещался на полу. Над ним спускалась очажная цепь. В случае нападения жилые башни служили также средствами защиты.

Боевые башни сильно отличаются от жилых. В основании у них — квадрат, не превышающий по размерам 6×6 метров. Высота такой башни достигает 30 метров, она состоит из пяти и более этажей, каждый высотой в 3−4 метра. Первый этаж служил темницей для пленников. В него ведёт единственный вход размером 0,5×0,5 метра через пол второго этажа. Здесь, закованные в кандалы, годами томились пленники, ожидая выкупа или обмена. Второй этаж башни предназначался для защитников и их семейств. Здесь был очаг и хранились съестные и боевые припасы. Третий и следующий этажи занимали семьи. Последний этаж предназначался исключительно для наблюдателей и защитников.

Частые дожди значительно увеличили поток Шароаргуна, и нам было нелегко войти в долину правого притока реки Шароаргун, называемого Хуландойахк, и подняться к его истокам. Здесь в огромном скальном цирке черного цвета, увенчанном вершиной Ахметхансултан, обнаружили новый перевал, ведущий в верховье реки Гакко, которому дали имя Саратовской ОМКК (областной маршрутно-квалификационной комиссии). После перевала в Снеговом хребте мы оказались в Дагестане.

Аул Гакко поразил своей живописностью, большими размерами и бурным строительством. Исключительно живописным оказался заключительный участок маршрута — по долинам дагестанских рек Гакко и Андийское Койсу. Тропа по берегам этих рек, видимо, не один десяток лет прокладывалась и содержалась

в исправном состоянии. В 1 километре ниже устья реки Гакко через Андийское Койсу имеется висячий мост к источнику минеральной воды на правом берегу. Около источника стоит каменный домик для гостей. Крутое и узкое ущелье реки Андийское Койсу нескончаемыми извивами пронизывает горный хребет. По дну ущелья неспешно и мощно течёт широкий мутный водный поток реки Андийское Койсу, создавая контраст прозрачной и прохладной воде минерального источника.

В посёлке Агвали, районном центре Цумадинского района Дагестанской АССР, на двадцать второй день пути мы закончили почти 300-километровую пешеходную часть нашего путешествия.

Когда перед нами встал вопрос, что предпочесть: 12-часовую познавательную поездку на автобусе из высокогорного посёлка через весь Дагестан в его столицу Махачкалу или 45-минутный безликий перелёт на самолете Ан-2 по тому же маршруту, — мы единодушно выбрали первое.

Автобус отправился в семь часов утра. Сначала ехали вниз по долине реки Андийское Койсу. Жёлтые, высохшие, безжизненные глинистые низкорослые горы. В районе слияния Андийского Койсу с Аварским Койсу автобус долго петлял по жёлтому серпантину дороги, пока не выбрался из ущелья на горное плато. Затем ехали вверх по Аварскому Койсу. Оставили позади крупный поселок Гергели, в котором на берегу реки стоят красивые корпуса туристской базы. Здесь началась асфальтовая дорога. Поднявшись по одному из притоков Аварского Койсу, она убегала за перевал. За ним Кавказские горы заметно угасли и превратились в желто-зеленоватые холмы, изрезанные асфальтовыми лентами дорог. Вскоре горы исчезли совсем. Вот и Каспий…

* * *

Нежаркое солнце всплыло над спокойным морем. А ещё примерно через час к огненному краю уже разгоревшегося светила подошла луна и начала всё больше и больше заслонять солнечный свет, летящий к земле. В конце концов от солнца остался лишь узкий огненный серп. Это было солнечное затмение 31 июля 1981 года. Над Махачкалой луна затмила собой 97 процентов солнечного диска.

Но луна ушла, и солнце, ещё более жаркое, продолжило свой путь вверх по небосклону. Каспийское море засветилось сине-зелёной далью. Чистая, тёплая и ласковая вода не хотела выпускать из своих объятий. Закончилось путешествие, которое принесло нам большое удовлетворение и надолго сохранится в сердцах сверкающей радостью.