Володя (история одного поиска)

О том, что у мамы был двоюродный брат Володя и что он пропал без вести во время войны, мы знали из семейных легенд. Знали еще, что был он красивым, танцевал в ансамбле и был мобилизован в действующую армию в дни, когда немцы подходили к Ростову, прорываясь на Кавказ. Из подслушанных с сестрой разговоров старших знали еще, что к матери Володи приходил некто, говорил, что видел Володю в госпитале где-то в Северной Осетии, в Приэльбрусье, и что, скорее всего, он умер, так как ранение было тяжелым. Вот и все факты.

История нашего Володи воскресла — иначе не сказать! — неожиданно 10 мая 2015 года. Он действительно был ранен в голову и скончался от раны в госпитале села Ольгинское Правобережного района Осетии. В книге безвозвратных потерь упоминается его адрес, место призыва, имя матери и дата смерти. Похоронен в братской могиле на территории школы, которая была в войну госпиталем для тяжелораненых. Сейчас там стоит памятник, на гранитной плите и его имя. Только в Книге памяти Ростовской области Владимир Гусев упоминается как пропавший без вести.

Почему же мы ничего не знали все эти годы? Почему так поторопились назвать его пропавшим без вести? Сколько еще таких «пропавших» незаметных героев давно прошедшей войны?

Вернусь к началу этой истории. Десять лет назад, когда отгремела музыка Дня Победы, и еще оставалось сильным впечатление от шествий по России Бессмертного полка, даже не знаю зачем, я набрала в поисковой строке сайта «Мемориал» имя, фамилию, год рождения и… Не поверила глазам! Данные тут же появились в списке безвозвратных потерь, только отчество было записано сокращенно — «Алекс.». Были тут указаны и место призыва, и дата смерти, и место захоронения — село с неразборчивым названием.

Итак, Гусев Владимир Алексеевич, г. р. 1924, призван Андреевским военкоматом г. Ростова, погиб 15 декабря 1942 года, место, где похоронен, на букву «О» – Ольгинское? Ольховское? Главное, что позволило сделать вывод, что это наш Володя, что нет ошибки, это указанный тут же домашний адрес — город Ростов, ул. Станиславского, 117, кв. 9. И имя матери — Гусева Елена Аввакумовна. Таких совпадений просто не бывает, отчество довольно редкое. Таким было отчество моей родной бабушки Татьяны Аввакумовны, её сестры.

Сомнений не было, это он, пропавший мамин брат. Значит, он не пропал? Продолжила поиски. На сайте Министерства обороны РФ обнаружилась электронная копия извещения о смерти Гусева Владимира Алексеевича от 15.12.1942 года, а на обороте: мать Гусева Елена Аввакумовна. Только улица почему-то Сталина. Наверное, где-то в документах «ул. Станиславского» была написана сокращенно, например, «Станисл.», и писарь второпях написал с роковой ошибкой. Круг замкнулся.

Теперь со стопроцентной точностью можно сказать, когда и как умер мамин брат. Оставалось найти место, где наш Володя был похоронен. Я искала по спискам братских могил всех сел и мемориалов Северной Осетии–Алании. Из девяноста трех братских захоронений только в Правобережном районе их двенадцать. Похоже, Ольгинское. Выяснила, что именно в госпитале этого села оставляли бойцов с тяжелыми ранениями в голову. Ищу госпиталь, захожу на сайт музея средней школы. Из реферата ученика школы выясняю, что умерших от ран хоронили здесь же, в школьном дворе. А легкораненых увозили дальше, на юг, в Грозный, Махачкалу и Баку.

Здесь же, на сайте, нахожу фотографию памятника над братской могилой. Стала выяснять, нет ли имен на памятнике и где искать дальше. Оказалось, что в 60-е годы в селе было три братских захоронения, которые соединили в одно. Осталось проверить список похороненных. Повторно пишу в школьный музей и получаю отрицательный ответ — нет сведений! Тем не менее продолжаю искать. И вдруг на одном из форумов натыкаюсь на полный список погибших солдат, похороненных в братской могиле во дворе Ольгинской школы. Всего в списке 102 бойца. Читаю, и сердце замирает — на «Г» нет… Почти без надежды скольжу взглядом по списку и вижу под номером 90: Гусев Владимир Алексеевич.

Всё. Поиски закончены. Кажется, что Володя сам нашел нас. Только не с кем поделиться этой радостью — нет никого в живых из большой прежде семьи. Тяжело представить, как умирал совсем недалеко от дома этот восемнадцатилетний мальчик. Почему же не пришла похоронка? Почему при наличии стольких данных он числился в Книге памяти Ростова-на-Дону пропавшим без вести? Почему, почему же не искала его мать? Почему долгие годы о нём не вспоминал никто? Почему? Почему?..

Список бойцов, указанных на стеле:

Василий Петрович, лейтенант

Ермолаев Михаил Степанович, ст. лейтенант (1909–10.12.1942)

Харженевский (Хорженевский) Николай Викторович, ст. лейтенант (1913–11.12.1942)

Елисеев Василий Николаевич, ст. лейтенант (1914–11.12.1942)

Жаржалияни (Жаржаниани) Ион Павлович, рядовой (1902–11.12.1942)

Богров Василий Андреевич (Геннадьевич), рядовой (1899–13.12.1942)

Зеленщиков Пётр Михайлович, рядовой (1923–14.12.1942)

Игнатов Алексей Титович, мл. сержант (сержант) (1911–14.12.1942)

Гусев Владимир Алексеевич, рядовой (1924–15.12.1942)

Евшаков Степан Иванович, сержант (1921–17.12.1942)

Жданов Михаил Алексеевич, рядовой (1919–17.12.1942)

Цицелин (Цицерлин) Григорий Трофимович, лейтенант (1904–21.12.1942)

Жуков Евгений Павлович, рядовой (1909–21.12.1942)

Тикунов Александр Григорьевич, сержант (1915–23.12.1942)

Нестеренко Иван Степанович, рядовой (1924–23.12.1942)