36 кадров Камиля Чутуева

По интонации в телефоне я моментально понимаю, откуда звонит мне Камиль Аминович Чутуев. И надо сказать, это не самая трудная наука, когда ты дружишь с человеком тридцать лет. Почерк великого фотохудожника остаётся неизменным и поныне, хотя он разменял девятый десяток своей жизни, из которой более 65 лет неразрывно связано с фотографией.

— Ца къаитайссар! — Это хвастливое лакское выражение я слышал от него не раз, вступая на вершину горы или в момент важной фотосъёмки, когда запечатлённое соответствовало его внутреннему ожиданию, поиску.  

Камиль свои первые фотоуроки получил ещё в детстве. Первые фотоплёнки, портреты одноклассников…

Фотографом он стал работать после армии, в Дагестанском краеведческом музее, а затем устроился в газету. Даргинская газета «Колхозла байрахъ» (позже республиканская газета на даргинском языке «Замана») стала первым изданием, в котором начала складываться профессиональная журналистская деятельность мастера. В его коллекции несколько престижных журналистских премий, в том числе «золотые орлы», масса персональных фотовыставок республиканского, зонального и российского уровня. Начиная с 70-х годов его работы печатались в журналах и фотоальбомах СССР, зарубежных изданиях.

Мой друг и учитель отмечает 85-летний юбилей. Седая голова Камиля периодически зарастает так, что он со своими бакенбардами и смуглым лицом становится похож на Пушкина. Его мир открывается с вершин дагестанских гор ранним-ранним утром, там, где ночная прохлада тает в первых лучах солнца, и белые отары на краю села начинают уплывать в альпийские луга, горянка растапливает печь кизяком и готовит яичницу с оранжевыми желтками, где косари, мокрые от росы, почти не видны средь высокой травы, и детишки, лениво потягиваясь, глотают из ладошки холодную родниковую воду.

Это большое счастье — быть спутником времени, видеть и запечатлевать, вытаскивать из его мимолётности вечное блаженство памяти.

Эпоха уготовила Камилю другую роль. Он художник ушедшего навсегда чёрно-белого времени и первый фотограф в Дагестане, перешедший на цвет. Он не мыслит себя без новых выставок и подходит к ним, как к пуску ракеты.

Из кадра Камиля трудно что-то убрать, щелчок фотоаппарата происходит ровно тогда, когда картина собирается в объективе. Это настоящее искусство — поймать законченный кадр. Больше того, Камиль заранее выстраивает сюжеты в голове, вплоть до времени года и суток.

Снимая многие годы на плёнку, где количество кадров не больше 36, фотограф становится скуп на щелчки и верен своей интуиции. Просто преступление — истратить плёнку на один объект, если только он не сама цель поездки, и солнце ещё над головой. Автомобильный счётчик фиксирует позади сотни километров горных дорог, и возвращаться домой без удачного кадра очень тяжко. Поэтому плёнкой дорожили. А как часто он возвращался обратно из-за неподходящего света или серого дня…

Последние несколько лет выдались для семьи друга непростыми. Желаю моим дорогим Камилю и Патимат Чутуевым крепкого здоровья и долгих лет жизни.