Миясат Муслимова: от Пиросмани к Чалаеву

Своими впечатлениями от концерта Дагестанского театра оперы и балета, на котором прозвучали концерт для альта с оркестром № 2 и кантата «Никола Пиросмани», с журналом «Дагестан» поделилась автор стихов кантаты Миясат Муслимова.

— Не могу сказать, что мне просто понравился концерт. Я восхищена тем, насколько глубоко и творчески музыканты подошли к исполнению. Им удалось создать такое глубокое, цельное полотно — а это очень сложный материал по музыке, по хоровому исполнению. То, на каком высочайшем уровне музыканты воплотили трагедию художника, отразили глубокие смыслы, которые сам композитор заложил в произведение, вызывает уважение. Впечатляет, насколько богата и различна эмоциональная палитра, как слажен хор, какая высокая исполнительская культура была показана. Ведь мне есть с чем сравнивать: в своё время в Кисловодске на сцене зала имени Скрябина Северо-Кавказской госфилармонии состоялась мировая премьера кантаты для хора, солистов и симфонического оркестра «Никола Пиросмани», приуроченная к 80-летию Ширвани Рамазановича. Но в данном случае, как мне показалось, всё прошло на более высоком уровне. Очень удачно выполнено оформление, налицо очень гармоничная работа художника. Мне кажется, это было именно то исполнение, о котором я как автор стихов могла только мечтать.

Мир искусства связан друг с другом и с нами бесконечными анфиладами замковых переходов или потаёнными дорогами подземелий, широкими просторами безграничья или тропами заповедных лесов, шумящих садов. Душевные раны выводили меня к Нико Пиросмани. Он распахнул мне горизонты масштабов Ширвани Чалаева, который переложил наши чувства, мысли и судьбы на язык своих симфонический взлетов. Кантата вывела к людям, чьё служение искусству, чуткая и безраздельная преданность ему вызвали восхищение и заполнили мою жизнь новыми людьми, людьми той высокой планки или глубины, которых ищешь в жизни и встречи с которыми придают смысл и тебе самому. Все было на премьере кантаты Ширвани Чалаева «Никола Пиросмани» поразительно и прекрасно: и трепетно относящийся к миру, воспринимающий его как тончайший музыкальный инструмент, скромный в обычной жизни и равновеликий музыкальным классикам в их мощи и силе дирижер симфонического оркестра Дагестанского театра и балета Новруз Шахбазов, народный артист республики; молодой и очень зрелый хормейстер Эмилия Шихрагимова, сумевшая так глубоко прочувствовать каждый образ, каждое произведение и общий замысел цикла, сумевшая передать всему хору, всем исполнителям то поразительное взаимопонимание, когда все — и отдельная личность, и весь хор — существовали на сцене как часть целого, живущего одним дыханием, то удивительное единство множества людей, живущее единой болью и радостью, тревогой и смирением, мятежностью и состраданием, созерцательностью и взлетом.

Этот океан музыки был упоительно строен и организован в то же время, это был тот мыслящий тростник, перед тайной которого замирали великие мыслители, обращая взор к Богу. Мне кажется, такой высшей волей проверяли себя оркестр и хор.

Хотелось бы поблагодарить Министерство культуры, которое сделало всё возможное для того, чтобы провести большой праздник встречи с музыкой великого композитора.