Новое искусство в древнем Дербенте

В Дагестане за последние сто лет создана полная система художественного образования: десятки школ искусств, художественное училище, художественно-графический факультет ДГПУ.

Дагестанские художники активно участвуют в российских и международных выставочных проектах. Многие их работы посвящены, естественно, любимому Дагестану.

Современные художники ищут новые способы отображения действительности и себя в ней, чтобы искусство продолжало быть интересным для современных зрителей. С этой целью и открылась в 2021 году в Дербенте резиденция «Сильно». Это пока первая такая точка в Дагестане — независимая образовательная платформа, лаборатория современного искусства и дизайна. Основатели резиденции — муж и жена, художники и кураторы Максим Силенков и Полина Дмитриева. С ними в команде ещё 6 человек: художницы Лю Павлинова, Шура Большакова и Арина Ломакина, музеолог Кристина Бандзеладзе, 3D-дизайнер Виктор Нестеров и археолог Аскерхан Абиев.

В большом частном доме они создали среду для совместной работы, обмена опытом и новых художественных высказываний, объединили художников, кураторов, исследователей и практиков из смежных областей. Творческие люди со всей страны здесь живут, творят, общаются с единомышленниками, часами бродят по уникальному Дербенту, ездят в экспедиции по интересным местам Дагестана и транслируют увиденное и пережитое в своём творчестве.

Параллельно с резиденцией «Сильно» появился проект на средства дербентских меценатов. Молодая успешная компания «Дербент Вино» увидела огромный потенциал в союзе индустриального объекта и искусства и запустила проект «Завод культуры», глобальная цель которого — популяризация культуры Дагестана и, в частности, Дербента как новой точки туристического интереса на карте России. С 2023 года территория завода «Дербент Вино» стала площадкой для художественных исследований, выставочным пространством для художников и их произведений, местом обмена опытом и общения. Куратором «Завода культуры» пригласили стать московского искусствоведа Варвару Новикову. Первым шагом «Завода культуры» стало сотрудничество с командой резиденции «Сильно». Вместе они запустили грантовую программу, призванную помочь молодым художникам и ремесленникам из Дагестана реализовать свои художественные проекты на базе резиденции. Превратили пространство завода в площадку для экспериментов художников и провели камерный показ работ резидентов «Сильно» в действующих цехах.

Вторым шагом стало участие в этом же 2023 году во Всероссийском фестивале «Ночь заводов», который проходил при поддержке Президентского фонда культурных инициатив. На территории завода была открыта выставка с поэтичным названием «Хамрийят о Дербенте: древность и технологичность». Посетители фестиваля двигались по специальному маршруту, исследуя пространство завода через работы современных художников. Большая часть художников создала свои работы для «Ночи заводов» после прохождения резиденции «Сильно».

Отклик художников, жителей и гостей города вдохновил команду запустить в 2024 году свой фестиваль под названием «Нарма», который стал ежегодным событием. Дербент, веками существующий на стыке различных культур, — идеальная площадка для фестиваля современного искусства.

Журнал «Дагестан» решил узнать у этих энергичных и воодушевлённых женщин, что привело их, успешных московских людей искусства, в Дагестан и какова цель этих проектов.

— Как был создан «Завод культуры» и каковы направления его взаимодействия с резиденцией «Сильно»?

В. Н.: — В 2023 году компания «Дербент Вино» запустила совместно с резиденцией «Сильно» проект «Завод культуры» и всё это время поддерживает его. Была обозначена миссия: формирование кросс-культурных связей и точек притяжения в самом южном регионе нашей страны, исследование культурного ландшафта Дагестана, открытие новых граней республики и её жизни сегодня. Мне предложили стать куратором от компании, и с самого начала мы стали сотрудничать с резиденцией «Сильно». Резиденция — это образовательная платформа, и прохождение резиденции означает, что художник проходит учебную программу и в конце создает произведение.

Поскольку участие в резиденции платное, «Завод культуры» объявил о грантовой поддержке художников из Дагестана. Итоговое произведение художников переходило в формирующуюся коллекцию искусства «Завода культуры».

Кстати, сейчас работа одной из первых наших резидентов Рены Гасановой «Внутри» отправилась на выставку в Национальный музей Татарстана. Это объект, сложенный из дербентского песчаника, покрытый золотой краской. Рена её делала вместе со своим дедушкой. Произведение о самоценности дербентской архитектуры и памяти рода, которые ценны без дополнительных украшательств.

П. Д.: — У каждого разная задача внутри этого проекта. Я куратор фестиваля вместе с Варварой, работаю с авторами. Генеральные продюсеры фестиваля — Юлия Обухова и Максим Силенков, который сам является художником и создает масштабные работы для фестиваля. Креативный продюсер Кристина Бандзеладзе готовила параллельную программу фестиваля (лекторий, мастер-классы, ярмарка местных производителей).

Мы готовим наших резидентов, в том числе грантодержателей к выступлению с их проектами на фестивале. То есть мы друг друга поддерживаем, создаём работу, создаём контент для фестиваля. «Сильно» занимаемся формированием выставочных проектов, анонсов, мы формируем лабораторную среду, где авторы, художники непосредственно создают и продвигают культуру. И, как сказала Варвара, фестивальные проекты тоже делаем совместно.

— Уже лет сто в Дагестане, как и во всем бывшем Советском Союзе, существует система художественного образования, Союз художников, периодически устраиваются выставки. Почему вы и «Дербент Вино» решили, что этого недостаточно, нужно что-то новое, какой-то другой подход к организации творческого процесса?

П. Д.: — Резиденция — это такая зона, куда приезжают художники со всей страны. Именно на такой площадке-лаборатории создаётся культурная мобильность, возможность обмена идеями. Это не мастерская, где художник три месяца пишет свою картину, а опыт, который мы проходим вместе, включая кураторов, которых приглашаем из Москвы или ещё откуда-то. И здесь ценен именно этот опыт обмена, возможность для автора создать абсолютно новый для себя проект, часто экспериментальный. Мы даём возможность автору поработать с новыми техниками, с новыми материалами.

У нас совершенно разные образовательные программы, например, парфюмерная. Или текстильная, на которую мы привозим художников, которые работают с текстилем в разных техниках. Это может быть ручная набивка, использование специальных аппаратов. У нас в мастерской стояла такая робо-рука, с которой мы экспериментировали, смогли даже автоматизировать процесс набивания ковра. Тем самым мы не замещаем возможность создать ковёр, но приоткрываем возможность поэкспериментировать через робо-руку — почему бы и нет!

Мы проводили архитектурную, звуковую резиденцию. В процессе исследования звуковой среды встречаемся с дербентскими музыкантами, посещаем музыкальные образовательные учреждения — мы вместе с резидентами погружаемся в эту тему.

Наша задача — собрать максимальное количество материала о месте нашего пребывания, поэтому мы выезжаем в экспедиции в горы, всё записываем. У нас есть кураторы, которые работают с новыми инструментами и помогают их соединить с полевой работой. На компьютере можно, скажем, поработать непосредственно со звуком. Это другая модель работы, в которую включается звук как часть органики композиции.

В Дагестане нет современных школ по искусству, по работе над художественными или дизайнерскими проектами. Зато здесь есть опыт работы с национальным кодом, с прикладным художественным языком. Поэтому мы даем возможность местным авторам обучиться современным технологиям на альтернативной площадке с безопасной и открытой средой, где можно общаться с кураторами, с коллегами, обмениваться опытом, вдохновляться, попробовать новое, соединять новое с традиционным.

В. Н.: — Наши проекты дают возможность посмотреть на привычные вещи с другого ракурса. Я наблюдала за работой, и мне кажется, очень важно в любом творческом процессе взаимное «опыление». Это как раз то, что происходит в резиденции, когда объединяется небольшое количество творческих людей, и все — с очень разным опытом. В этой среде происходит интересное взаимовлияние, тут не дают готовые ответы в лекциях, а рассказывают про новые техники, современную проблематику, и автор после резиденции выходит с новым знанием, с новым взглядом, которые может использовать в работе.

В Дагестане есть замечательная живописная и графическая школа, есть знаменитый худграф — художественно-графический факультет Дагестанского государственного педагогического университета им. Р. Гамзатова. Но этого мало! Даже в Москве или в Петербурге — острый дефицит школ современного искусства, которые охватывают новые медиа: мультимедиа, звук, свет, искусство инсталляции. Невозможно сразу включить новые дисциплины в академическую среду. Поэтому мобильный формат резиденции или школ дают возможность художникам проявлять себя по-новому.

— Сколько у вас было резидентов?

П. Д.: — За три года мы выпустили 160–170 человек, и это художники, дизайнеры, инженеры, режиссеры, химики, парфюмеры, есть даже шоколатье. Они приезжают со всей страны, большинство, конечно, из Москвы и Питера. Поэтому мы и можем говорить про культурную мобильность, транскультурный обмен, коннект человека и среды. Грантовых участников было10 человек.

Наши смены открываются в сезон. У нас в этом сезоне есть три грантовых места — по одному на ту или иную программу. Недавно была фоторезиденция, на которую приезжали фотографы; в июне будет кинорезиденция, есть ещё звуковая резиденция.

— Кто из резидентов и какие работы вам больше всего запомнились?

П. Д.: — У нас есть отдельный фестивальный трек, где мы создаем проекты под свой фестиваль «Нарма». И они встраиваются в объекты культурного наследия.

На первом фестивале «Нарма» в 2024 году в Армянской церкви была размещена звуковая инсталляция Георгия Робакидзе «Перекресток культур». Звуковой пейзаж был составлен из пяти каналов, каждый передавал региональные оттенки, которые формировались под влиянием множества культур: персидской, арабской, кавказской, тюркской и других. Эти звуки отражали наследие древнего города, где каждая эпоха и культура оставила свой уникальный след.

Моя любимая работа — кубачинская серьга 2,5 метра в длину. Её сделала ювелир из Казани Ксения Исакова. И это не копирование конкретной серьги, а история украшения, которую надевали на платок невесты. И она ещё кинетическая — когда висит, начинает звенеть. И это так эпохально и круто, абсолютно самодостаточный объект, который можно выпустить в тираж.

У нас была парфюмерная резиденция, и приехал химик, парфюмер Май Стерлеговых. Мы путешествовали, собирали ароматы. И Май сделал много флакончиков с разными ароматами. Потом мы пригласили Мая уже на фестивальный проект и сделали работу, посвящённую четырём сезонам в Дагестане.

Ароматы, который он разработал, — сама тонкость, с оригинальными нюансами. В одном из ароматов, например, присутствовал оттенок фейхоа. Но он не использовал эликсир фейхоа, а подбирал, настраивал ароматику, которая напоминает фейхоа. В осеннем аромате оттенок сырой земли. То есть это целый букет всевозможных ароматов, которые можно себе представить. И эти ароматы были помещены в винтажные объекты, купленные на рынке в Манасе. На этом рынке куплено много экспонатов. Нашу инсталляцию мы показали в Армянском храме, в музее декоративно-прикладного искусства. Проект получился потрясающий. Это палитра чувств, эмоций, вербальной коммуникации, которая случается со зрителем при столкновении с этим объектом. Это наша возможность работы непосредственно с объектами и с такими проектами, которые могут включать для зрителя новый опыт — он не визуальный, а ароматный, оживляющий воспоминания, ведь ароматы умеют телепортировать человека в разные состояния.

В. Н.: — Мне очень нравится тандем двух художниц — Халимы Саидудиновой и Заиры Магомедовой, и их серия работ на ткани. Они дважды участвовали в наших проектах — в первом фестивале и в прошлом году. Заира подключила семью, они красили у себя во дворе в Махачкале эти многометровые ткани, вывешивали их, она присылала видео — это было чудесно!

На последнем фестивале у них была интересная идея: они приглашали жителей города внести свой вклад в их произведение. Работа называлась «Даран-Базар». И жители Дербента пришивали небольшие фрагменты тканей, бисера, камушки к общему полотну, чтобы создать совместное впечатление о восточном базаре со всеми его калейдоскопическими впечатлениями. Мне нравится, как девушки работают: живой процесс!

Но вообще-то у нас все участники прекрасные, можно рассказать про каждого.

— Как родилась идея организовать фестиваль «Нарма»?

П. Д.: — Есть такой всероссийский фестиваль «Ночь заводов». Это был открытый конкурс, и мы совместно с «Дербент Вино» решили подать заявку. И — о, чудо! — мы прошли. С этого момента на культурной карте индустриальных предприятий появилось «Дербент Вино», и есть вообще Дербент. Мы сделали первый фестиваль внутри завода, заполнив все производственные площадки. Там был восточный звук, медиа, перформанс. Нам понравился этот опыт, решили продолжить и сделали ежегодный фестиваль «Нарма». Третий фестиваль прошёл в этом году с 21 по 23 августа. Был задействован весь центр Дербента, основная площадка — в парке имени Сулеймана Стальского.

Фестиваль работает по принципу биеннале — есть тема фестиваля, и ей подчинена программа. В этом году фестиваль пройдет под темой навигации и открытой коммуникации. Навигация — это образ Дербента, который встречал и «проводил через себя» разные культуры. И мы подсветим следы этих культур, откроем альтернативные маршруты, будем рассуждать про культурные и исторические слои.

В этом году приглашаем крупных игроков IT, есть задача работать с локальными бизнесами: девелоперами или разными предприятиями. У нас есть стекольный завод, каменоломни, интересно было бы «встроить» авторов в эту среду и вернуть Дербенту статус транскультурной, международной площадки. У города всё для этого есть.

В. Н.: — Хочется сделать Дербент более видимым на карте России. Потому что он привлекает туристов; для тех, кто приезжает сюда в первый раз, это очень неожиданное открытие. А фестиваль — это хороший повод познакомиться с городом и через призму искусства узнать не самые очевидные вещи, потому что искусство — хороший медиатор и рассказчик.

— Вы за эти годы достаточно познакомились с Дагестаном. Как думаете, чего не хватает Дагестану в творческом плане?

В. Д.: — Мне кажется, нет активности, открытости и готовности включаться. Мы каждый раз приглашаем участвовать в резиденции и хотели бы большего отклика, большей заинтересованности, потому что есть возможность проявляться и создавать свою работу, быть видимым через фестиваль. Впечатление такое, что коллегам по сфере не всегда хватает азарта и включенности.

П. Д.: — С одной стороны, коммуникация есть, фестивальный зритель очень благодарный. Есть грандиозные фестивали, связанные, скажем, с ЮНЕСКО, и это хорошо. При этом не хватает экспериментальной среды. У нас есть лаборатория, но мы, малым своим числом, сами всё это держим, находим силы делать это ежегодно. Экспериментальные площадки необходимы для детей и молодёжи, которые интересуются современными технологиями, пробуют ими заниматься, например, кто-то шьет или другим прикладным искусством занимается. И есть столько потрясающих авторов, с которыми можно было бы взаимодействовать.

Скоро здесь откроется Школа креативных индустрий, и мы тоже включены в работу этого нового направления. Но нужно дать больше фокуса на создание таких лабораторий, потому что очень много авторов, визуальных экспертов хотят приехать сюда и поделиться профессиональным опытом. Если создавать площадки для эксперимента, для формирования разных художественных образов, использовать современные преподавательские методики, учить проектной работе, автор начинает чувствовать себя более открытым.

Я сама по первому образованию художник декоративно-прикладного искусства, у меня были хохлома, гжель, жостовские подносы, иконы. И я очень хорошо понимаю человека, который вышел из колледжа и осознаёт, что его умения не встраиваются в мир, в котором он живет. Нужно помочь ему стать актуальным.

У Дербента великая история, и она немножко заглушает всё остальное, а жизнь-то продолжается. Город готов к экспериментам.

— И всё же давайте уточним: какова главная цель ваших проектов в Дагестане?

П. Д.: — Глобальная цель — расширять культурный потенциал региона, через фестиваль интегрировать современное искусство в историческую ткань города. Хочется сделать постоянным, традиционным для города фестиваль «Нарма»; привлечь локальный бизнес, партнеров, которые хотят зайти в Дагестан как на новую площадку, либо компании, готовые сотрудничать с искусством.

В Узбекистане, в Бухаре реализуется, например, потрясающий проект, куда включен и город, и локальный бизнес, — биеннале современного искусства. И в Дербенте такое возможно, это прекраснейший город: древняя крепость, камерный, уютный, на берегу тёплого моря.

Для этого нужна возможность представить Дербент как культурную среду, которая открыта, знает свою идентичность, саморефлексируется. Как город, который открыт для молодого поколения, желающего включиться в культурную жизнь. Город классный, но хочется напитать его профессионализмом в образовании, новыми направлениями, практиками, дать возможность экспериментировать, а не закрываться, не замыкаться в известном — двигаться вперёд.

Хочется усилить фестивальный культурный трек, чтобы здесь было больше активных, современных новых точек, подобных нам лабораторий, театров, мастерских для детей и взрослых. Мы с этим работаем и видим результаты, эти институты дают карт-бланш участникам: новый опыт, культурную форму, познание среды.