Легенда о происхождении народов

Заслуженный артист РФ и РД Муса Хазботович Оздоев задумывал спектакль по легенде «Восемь братьев», в которой описывается происхождение народов Кавказа и Закавказья. Он поделился со мной этой идеей, и я подготовила эскизы костюмов некоторых героев.

Грузинский историк XI века Леонти Мровели в своей книге «Жизнь картлийских царей» описывает эту историю так:

«…у армян и картлийцев, ранов и моваканов, эров и леков, мегрелов и кавкасианов — у всех этих народов был единый отец по имени Таргамос. Сей Таргамос был сыном Таршиса, внуком Иафета — сына Ноева. Был тот Таргамос героем. По разделении языков, когда воздвигали башню Вавилона, различались и рассеялись оттуда языки по всему свету. Пришел Таргамос со всем племенем своим и утвердился между двумя недоступными человеку горами — Араратом и Масисом (Эльбрусом). И было племя его велико и бесчисленно, обзавелся он многодетным потомством, детьми и внуками сыновей и дочерей своих, ибо жил он шестьсот лет. И не вмещали их земли Арарата и Масиса. Страны же той, что досталась им в удел, сии суть рубежи: с востока — море Гургенское (Каспийское), с запада — море Понтийское (Черное), с юга — море Оретское (озеро Севан) и с севера — гора Кавказ. Среди сынов его отличились восемь братьев, герои многосильные и славные, которых звали так: первого — Гайос, второго — Картлос, третьего — Бардос, четвёртого — Мовакан, пятого — Лекос, шестого — Эрос, седьмого — Кавкасос, восьмого — Эгрос…»

О чем же тут речь? Начнем издалека. Согласно известным источникам (история Вавилонской башни изложена в одиннадцатой главе Книги Бытия Библии), после всемирного потопа человечество представляло собой единый народ, и люди говорили на одном языке. Ноев ковчег причалил к горе Арарат, откуда и началось новое заселение Земли после сошествия вод. С востока люди пришли в Месопотамию — регион в нижнем течении рек Тигр и Евфрат. Здесь они решили построить город Вавилон («врата Бога»). Часть древнейшего Вавилона существует и в наши дни — его руины можно увидеть в Ираке, в 90 километрах южнее Багдада.

В знак единства и демонстрации своей мощи они начали строительство башни, которая должна была достигнуть небес, дабы прославить сей народ и приумножить его славу. Бог разгневался на людей, решивших подняться до небес и сравняться с ним, он сотворил множество языков, и некогда единый народ Вавилона стал говорить на разных наречиях. Люди перестали понимать друг друга, поэтому строительство башни прекратилось, и со временем народ рассеялся по земле. Так история про вавилонскую башню объясняет возникновение разных языков и народов после всемирного потопа.

Мы до сих пор говорим иногда «Вавилонская башня», подразумевая любое гигантское строение, трудновыполнимый грандиозный проект или затею, обреченную на провал из-за амбиций его инициаторов. «Вавилонское столпотворение» также — сумятица, шумное и бестолково организованное действие, сумбурное скопление народа и толчея.

Рассказ о вавилонской башне религиозные деятели приводят в назидание верующим как пример греховной гордыни, когда человек решил возвыситься до небес и посягнуть на престол самого Господа.

История вавилонского столпотворения имеет еще одно поучительное значение. Вначале люди отлично ладили друг с другом и могли договориться для совместного труда на общее благо. Однако вместо этого они решили объединиться во зло: потешить гордыню, добравшись до небес. Поэтому Бог решил наказать их разноязычием, лишив возможности объединяться ради сотворения негодных поступков.

Легенда о восьми сыновьях Таргамоса — это своего рода продолжение легенды о вавилонской башне. По-видимому, когда произошел конфликт между строителями вавилонской башни, это привело их к вооруженному столкновению. Были призваны вооруженные наёмники из числа хазар для усмирения и наведения порядка. Но это ни к чему не привело. И в результате некая часть, относившаяся к потомкам Таргамоса (один из 72 народов строителей башни), покинула место строительства и переселилась на территорию Кавказа и Закавказья. Среди них особо выделились восемь братьев — сыновей Таргамоса, они и стали праотцами народов Кавказа. Со временем народ численно вырос, и пришлось царю расселить их, отведя каждому сыну свой удел.

Вот такая легенда. Поучительная история о людях, не нашедших общий язык, а затем вовсе забывших и его, и общее дело, которое их объединяло.

В работе над костюмами братьев я прежде всего отталкивалась от идеи создать некий микс национальных костюмов народов Кавказа и Закавказья. И в то же время они должны быть достаточно архаичны, эклектичны и своеобразны. В них должны угадываться формы национальных костюмов будущих народов, скорее даже намёки на эти формы. Это некое фэнтези-размышление о том, какими путями развивался национальный костюм этих народов. В эскизах также можно заметить следы столь популярного и модного сейчас концепт-арта.

К сожалению, постановка не была осуществлена. Я надеюсь все же, что эта история найдет рано или поздно своё место на сцене или на экране. Тема единения, поиска разрешения межнациональных конфликтов всё еще актуальна. И где как не в истории человечества нам черпать поучительные уроки жизни?!

«История о восьми братьях будет актуальна всегда»

Муса Оздоев дал комментарий:

— Да, на основе этого мифа я хотел сделать постановку. Помню, придумал, чтобы ковчег Ноя от задника на сцену выплывал, останавливался, и оттуда сходили люди. Еще хотел привлечь в проект разные народности Северного Кавказа и Закавказья, танцевальные коллективы, каждому дать задание, чтобы они показали свои танцы. Это такая глобальная идея была, думали даже о нацпроекте каком-нибудь. Сейчас вот гранты появились, кстати, с ними легче генерировать и воплощать идеи.

Конечно, как руководитель проекта я могу подать идею, но в результате всё зависит от дирекции. Сложно, конечно. Например, в 2010 году я написал либретто к поэме Аткая Аджаматова «Белый голубь». Дженнет Шамасова принесла мне четыре маленьких произведения — хороших, я поработал, добавил кое-что и довольно быстро написал либретто. Но она уехала в Москву, и затея была отложена на долгие годы. В прошлом году Дженнет вернулась с готовым клавиром. Но теперь надо делать аранжировку! А это большие деньги, и неизвестно, кто будет оплачивать работу. В советское время выделяли на это средства, а сейчас… Кажлаеву было хорошо, он дирижер, и все свои произведения, даже маленькие, он сам себе оркестровал.

Шамасовой же московские аранжировщики назвали цену в 500 тысяч рублей — ни больше ни меньше. А в Махачкале Рамиз Гаджиалиев за 350 согласился сделать. Думаем, может, подать на грант Главы республики. Или Президента России.

Вот Лакский театр молодцы! За два месяца две премьеры — «А зори здесь тихие» и «Бэла», и в этом огромная заслуга их руководителя Бадрижат Набиевны Магомедгаджиевой. Грамотный и патриотичный лакский народ должен носить её на руках, я считаю. Действительно, всей душой болеет и с актёрами общий язык находит, проблемы старается решать сразу, все идеи поддерживает.

Теперь по поводу наших «Братьев». Идея, действительно, очень интересная! И мы с И. Супьяновым (он сценограф) говорили тогда, что эта задумка вполне выполнима. Ковчег можно и с помощью видеопроектора сделать, как он выплывает. Много возможных вариантов. Легенды, охватывающие все народы Кавказа и Закавказья, у нас почему-то не очень распространены. А ведь истории народов уходят! Исторические документы исчезают, камни меняют, надписи, переписывают историю.

Так что проект наш тогда заглох исключительно из-за вопросов финансирования. Хотя в творческом плане у нас кое-что было сделано, надо только эти наработки привести в порядок. А еще, знаете, проблема какая? Вот мы начнем ставить. В пределах Дагестана, понятно, всё хорошо. А вот повезем в Грузию, например, и что? Они скажут: о-о-о, мы не согласны с вашим видением! А армяне? А азербайджанцы? Вот когда я о своей рубашке говорю, я согласен, а когда ты — о моей рубашке, я не согласен! Такая философия сейчас. Даже о танцах спорят: кому какой принадлежит!

Был такой дагестанский хореограф Джамалутдин Муслимов, исследователь, «чудак из Чукни». Вот кому надо памятник ставить, именем его училища называть, ансамбли! Гулизар Султанова как-то принесла мне из Академии наук его записи. Мне дали две музыкальные темы, две песни лакские, и мы с Рамизом Гаджиалиевым на этой основе сделали музыку на восемь минут. И я поставил лакский танец «Достоинство», используя описания поз Муслимова, его зарисовки. Парный танец. Юноша выходит, прикладывая ладонь к глазам, как охотник, высматривает, выискивает! Показал мальчикам из ансамблей — начали хохотать. Не знают, орангутанги! Но они не виноваты, их не учат. Ведь надо издавать это наследие, чтоб видели зарисовки Муслимова, изучали. И теперь у меня дуэт, парный танец, Арсен и Наргиз танцуют с такими руками: охотник и лебедь. По позировкам Муслимова. Какой материал оставил после себя! Обязательно нужно его издать. Нужно ценить то, что имеем, это бесценное достояние.

А мы спорим. Кабардинцы спорят, грузины, осетины. Оставьте эти разговоры! В каждую эпоху появлялся талантливый хореограф и ставил танцы. И они становились национальными! А сейчас, когда уже невозможно доказать, кому что принадлежит, плюньте на свои амбиции и претензии и поставьте новое! Вот «Риверданс» (театрализованное танцевальное степ-шоу из Ирландии, впервые поставлено в 1994 г. — Ред.)! Поставили программу, сшили костюмы, сделали шоу — и весь мир ахнул!

Высокий уровень, приглашенные танцоры из России и Украины, да! Вы же знаете, что там все трюки исполняли русские танцоры? И ирландские бытовые танцы стали известны всему миру. Правда, помимо таланта, в бренд «ирландский балет» вложены капиталы. Без этого сейчас ничего не получится: творчество зависит от капитала, от вложений.

История о восьми братьях будет актуальна всегда. Скажу вот что: я был и в Воронеже, и в Твери — столько там земель пустующих! Люди там не поселяются. А Кавказ, казалось бы, колючий, малюсенький, горы, хребты — а все хотят сюда! Почему? Какой-то магнит тянет. Исторические события происходят, всё бурлит и кипит. Успокаивается и опять бурлит!

Записала Марина Дибирова