Салам, Грузия!

Из цикла «Экспромты»

1

О чём писать? На то не наша воля.
Н. Рубцов

О чём писать, на то не наша воля,
охота ли марать бумагу зря?
Но вдруг проснётся новая Заря
и снова оросится поле…

Писать о звёздах, и встречать рассвет 
и погадать по утренней росе,
и нагадать, что будущности день
тебе откроет братские объятья,
а ты оправишь розовое платье 
и босиком пройдёшься по воде.

А между тем уж осень на дворе…
Как раз пора, пора солить капусту,
нести пургу, почитывая Пруста,
листать альбом с картинками Доре,
пить молоко, сбивая аппетит,
созвать друзей, цедить аперитив…

Да нет же, нет же! Выкурить гостей,
писать, писать, так просто, без затей. 

2
Как странно то, что затеваю я…
Б. Гребенщиков

Как странно то, что затеваю я…
Привычно время, будни января.
…А я срываюсь парусом, 
 и мысль бежит водой
туда, где мир мой обретёт покой,
туда, где на туманном берегу
полуденный твой отдых берегу…
Как блудный сын, я поклонюсь порогу,
где обрету покой... Но, потеряв дорогу.

3 
Пламя

Пламя — 
это творческая биография материи.
Пламя —
пожиратель света.
Пламя —
ярило-моторчик, приводящий 
в движение барабан 
 стиральной машины.
Пламя — 
художник, побывавший
на празднике Масленицы.
Пламя — 
это чёрные значки 
на последней странице книги.


Из цикла «Реминисценции»

*  *  *
но это только там 
вчера
где завтра
зрачок сужается от утренних лучей
заря окрашивает пенье птиц

молчанью дома время кратно


*  *  *
вплывает облако в исходный свой чертог
и взгляд задумчивый меж строк
проходит по мережке, 
по выкройке
по торсу манекена 
(заплатами покрыт как старый день)
и нить спешит вернуться в свой челнок

*  *  *
машинка приводом ножным стучит,  
как будто отмеряет путь
обратно… 
неважно…
важно…

пусть стучит