Хранитель | Журнал Дагестан

Хранитель

Дата публикации: 23.06.2022

Александр Сергеев, зав. отделом изобразительного искусства ДМИИ им. П.С. Гамзатовой, куратор выставки

Зазеркалье Закарьи Закарьяева Изобразительное искусство

Ассамбляж, васте-арт, джан-арт, ресайклинг-арт, стимпанк, стрит-арт, трэш-арт. Современные художники...

3 дня назад

«Нити»: проект  о дружбе и добрососедстве Изобразительное искусство

Рассказ о Дагестане, его культуре и истории, уникальной природе в фотографии — это проект «Нити», основатели...

3 дня назад

Устами потомков Культура

Две молодые пары, весело переговариваясь о чём-то своём, беззаботно танцуют вальс. Позади выпускной бал,...

6 дней назад

Концерт Ильи Гайсина Культура

На высоком профессиональном уровне прошел третий концерт XVII Международного музыкального фестиваля...

7 дней назад

«Аллах красив и любит красоту», — гласит известный хадис, и это изречение повторено в эпиграфической композиции, выполненной Абдулгамидом Канаевым в 2017 году на первой декоративной плакетке в технике насечки золотом и серебром по стали.

25 января 2022 года, в канун Международного дня ювелира, в Дагестанском музее изобразительных искусств им. П.С. Гамзатовой (ДМИИ) открылась персональная выставка Абдулгамида Канаева под названием «Бисмиллях…».

Абдулгамид Канаев — потомственный мастер-ювелир и златокузнец села Кубачи, где, как писал Евгений Шиллинг в 20-е годы прошлого века, «сейчас, как и много веков назад, нераздельно господствует орнаментальное творчество, вошедшее в плоть и кровь людей — мастеров резца, мастеров чеканки, знатоков искусства Востока…».

Знакомство с ювелирным мастерством совсем юного ещё Абдулгамида произошло во время общения с дедом по отцовской линии Гаджи-Маммой Канаевым. Он был образованным человеком, знал арабский, русский, латынь и несколько дагестанских языков. В 1911–1917 годы Г.-М. Канаев жил в Армавире, где держал мастерскую и магазин, занимался изготовлением поясов, кинжалов, амуниции. После 1917 года он вернулся в Кубачи, а в 1950-е работал на Бакинской ювелирной фабрике.

А дед Абдулгамида по материнской линии — Абдул-Кадыр Хартумов, был прославленным мастером насечки; он пропал без вести в годы Великой Отечественной войны.

Судьба распорядилась так, что в детстве Абдулгамид жил в посёлке Мамедкала, где закончил «куцевскую» Детскую художественную школу. Два последних года учёбы в средней общеобразовательной школе — 8 и 9 классы, он провёл уже в Кубачи, где традиционно с 5 класса наравне с изучением общеобразовательных предметов школьники овладевали ювелирным делом, посещая мастерские при Кубачинском комбинате ювелирных изделий, и, по завершении обучения, получали квалификацию мастера-гравёра. Так и Абдулгамид, проучившись два года у мастера Саида Акаева, получил квалификацию мастера-гравёра 4 разряда.

Помимо учёбы при комбинате и навыков, полученных от старших в семье, А. Канаев в зрелые годы регулярно общался с выдающимся мастером, заслуженным художником РСФСР, лауреатом Государственной премии РСФСР им. И.Е. Репина Гаджибахмудом Магомедовым (1923–2011), которого и считает своим учителем. Именно к нему пришёл Абдулгамид с сохранившимся от деда Абдул-Кадыра молоточком и с просьбой научить его искусству насечки. Гаджибахмуд Магомедович на тот момент был единственным кубачинцем, работавшим в сложной технике насечки золотом по металлу (техника насечки золотом по стали была широко распространена ещё на рубеже XIX–XX веков, но в XX веке её применение постепенно стало уменьшаться).

Абдулгамид Канаев вспоминает, как Гаджибахмуд выстругал из деревяшек подобия резцов и долот, чтобы показать, как правильно они должны быть заточены…

Профессионального художественного образования у Абдулгамида Канаева нет. Высшее образование он получил не профильное, закончив в 1992 году Дагестанскую медицинскую академию. В тяжёлые 1990-е годы, как и многим мастерам-ювелирам, ему пришлось заниматься изготовлением и декорированием в традиционном кубачинском стиле серебряной посуды и украшений, которые сбывались в Москву. В 2009–2010 годах он работал реставратором в ДМИИ. Также на протяжении многих лет он занимался (и продолжает успешно заниматься) оформлением холодного оружия, но на персональной выставке под него отведена лишь одна небольшая витрина.

Экспозицию составляет серия декоративных панно, выполненных в вышеупомянутой технике насечки золотом по стали. Эти работы для А. Канаева являются не только реализацией творческих идей, но и его выражением благодарности Всевышнему.

Представленные эпиграфические композиции — посвящение Творцу. Они повествуют о сакральном, об объединяющей и всепобеждающей силе красоты, доброты, любви и справедливости — чувствах, на которых держится хрупкий мир… Через творчество мастер пытается определить своё место в мире. Происходит осмысление жизни и поиск себя, духовность переплетается с созиданием, направленным на недопущение забвения культуры и истории родного села.

В основе представленных на выставке плакеток лежат как известные средневековые орнаментальные и эпиграфические медальоны из родного села Кубачи, так и различные исламские каллиграфические композиции, выполненные в традициях различных шрифтовых стилей (куфи, сульс, насх), в которых возносится благодарность и хвала Всевышнему: «Во имя Аллаха, Милостивого, Милосердного», «Нет Бога, кроме Аллаха. Мухаммад посланник Аллаха. Право Аллаха», «Вся хвала принадлежит Аллаху» и другие изречения.

Панно обрамлены в оригинальные оклады (это именно оклады, слова «рама» или «багет» здесь неуместны), которые также представляют собой каллиграфические композиции. Они вырезаны из дерева по авторским или разработанным совместно с А. Канаевым эскизам мастером-краснодеревщиком, выпускником ДХУ им. М.А. Джемала Меджидом Ахмедхановым. 

Часть представленных панно выполнена мастером с использованием традиционных мотивов кубачинского ювелирного орнамента, другая — с использованием приёмов иных ювелирных школ. В технике и технологии автор в некоторых работах также придерживается кубачинских традиций, в других — ищет новое, экспериментирует. Например, с термическим воронением на пластине, где за счёт различной теплоёмкости металлов (стали, золота, серебра) образуются неповторимые муаровые переливы. Сочетание в декоре насечки золотом с насечкой серебром не является традиционным для кубачинского искусства приёмом.

Важно, что, мастерски владея различными техническими приёмами, Абдулгамид Канаев умеет гармонично сочетать эти техники. Работы поражают разнообразием типов построения рисунка, состоящего из множества вариантов сочетания хорошо известных орнаментальных элементов, перенесённых на различный материал.

Таким образом, бережно сохраняя тысячелетние традиции кубачинского искусства, мастер развивает и обогащает их.